верх
верх
верх
1
Город Михайлов Рязанская область 1
Вход на сайт:
Главная страница Новое на сайте Регистрация на сайте Статистика сайта Форум городского Михайловского сайта   1
Навигация по сайту:
1
Опрос сайта:
Где Вы живете?
Михайлов
Рязань
Москва
Другой город
1
Погода в городе:
1
Архив новостей:
1
Интересные ссылки:
1
Реклама:
РЕКЛАМНЫЙ БЛОК (размещение рекламы - Телеграмм @crayioma
Белорусские продукты в Михайлове
jetlend.ru инвестиции в бизнес

ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ТРУДЫ

Категория: История
ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ ДРЕВНЕРУССКОГО ВОЕННО-ИНЖЕНЕРНОГО ИСКУССТВА

I. ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ТРУДЫ ПО ИСТОРИИ ДРЕВНЕРУССКОГО ВОЕННО-ИНЖЕНЕРНОГО ИСКУССТВА

Городище

Более ста лет тому назад «кондукторской роты Главного инженерного училища капитан» А. Савельев опубликовал свою работу «Материалы к истории инженерного искусства в России». Во введении к этой работе он писал: «Главною целию наших исследований было намерение собрать об этом предмете по возможности все сведения и представить их в виде материалов для будущего историка инженерного искусства в России».
Попытки сведения воедино исторических данных о древнерусских крепостях предпринимались и до А. Савельева, например в работах А. Глаголева, Лутковского и др. Однако работа А. Савельева была все же, несмотря на ее краткость, по существу первым опытом систематического изложения основных особенностей развития оборонительных сооружений на Руси с древнейших времен до начала XVIII в.

Ф. Ласковский вплотную подошел к использованию наиболее важного из всех источников по истории домонгольских оборонительных сооружений — сохранившихся доныне городищ. Однако, ссылаясь на то, что «наши археологи не совершенно согласны касательно значения слова городище», Ф. Ласковский высказал убеждение, «что значение старинных городищ останется навеки не вполне разъясненным».
Одним из первых начал заниматься изучением древнерусских городищ З. Д. Ходаковский. Правда, к изучению городищ Ходаковский подошел с чрезвычайно своеобразной и предвзятой точки зрения. В В 1819 г. и «Вестнике Европы» он поместил статью, в которой утверждал, что городища не следует считать древними оборонительными сооружениями — «старинными военными крепостями, замками и окопами», так как последние городищами не назывались. Ходаковский писал о городищах: «Я по крайней мере надеюсь доказать... что сии городища были святыми оградами или приходскими местами, где свадьбы и другие обряды языческие совершались». Основным доказательством этого положения Ходаковский считал то, что все городища имеют якобы одинаковый тип.
В 1820 г. в журнале «Сын отечества» Ходаковский вновь писал: «Все пространство земли от Уральских гор и Камы, на запад до Лабы и Герцынских лесов, от северной Двины, на юг до Балканских гор и Адриатического моря, наполнено насыпями городищными, которые ограждали некогда посвященные многобожию места». В результате совершенного им путешествия Ходаковский еще более утвердился в своем первоначальном мнении о назначении древних городищ.
Выводы Ходаковского, по-видимому, в значительной степени строились на материале его же собственной фантазии, так как большинство его доказательств однотипности городищ совершенно не соответствует действительности. Замечание же его о густоте расположения и очень малом размере городищ, очевидно, вызвано тем, что наряду с древнерусскими он видел также городища дьякова типа, которые обычно расположены «кустами», действительно довольно близко одно от другого.
Против теории Ходаковского сейчас же выступил К. Калайдович, исследовавший городища Рязанской губернии. Он писал: «Решительно утверждаю, что большую часть оных (т. е. городищ, ) составляют ограждения городов, селений и крепостей». То же самое несколько позднее доказывал и И. Данилович, объяснявший городища как оборонительные сооружения, но не обитаемые, а лишь обновляемые и используемые во время войны. На основании изучения городищ Харьковского, Валковского и Полтавского уездов ту же точку зрения поддерживал и В. Пассек: «Хотите ли познакомиться с военным бытом переселившихся племен? — Перед Вами городища с их отличительным устройством и расположением».
К теории Ходаковского присоединился лишь один М. Погодин, который в своих работах излагал эту, по его словам, «остроумную, а может быть, в известной степени и истинную систему». Кроме того, в редакционном примечании к статье Пассека Погодин отметил, что тот еще не доказал своей правоты. 8
Компромиссное решение вопроса предложил Д. Корсаков, считавший, что городища могли иметь различные назначения — и как места поклонения богам, и как поселения, группирующиеся вокруг этих мест культа, и, наконец, как настоящие города, построенные князьями.
Остальные исследователи городищ, как правило, решительно возражали против «системы» Ходаковского, считая городища остатками древних укрепленных пунктов. Так, например, А. Уваров, производивший раскопки в мерянской земле, писал: «Мы полагаем, что городища, о прямом значении которых доселе ничего неизвестно, занимая центральное положение и, вероятно, самое лучшее возвышенное место... служили укрепленным местом для самых жилищ обитателей».
Несколько иную позицию в этом отношении занял И. Срезневский, который, критикуя Ходаковского и обвиняя его в «излишней смелости» и поспешности выводов, сам в то же время соглашался с ним в основных положениях. 1 В своей статье «О городищах в землях славянских» П. Срезневский попытался дать типологическую классификацию городищ, разделив их на одновальные и многовальные и анализируя различные по форме образцы обоих этих типов. 2 Однако именно в этой статье легко обнаруживается основная ошибка И. Срезневского. Дело в том, что значительная часть рассматриваемых им городищ (в особенности относимых им к многовальному типу) в действительности является не городищами, а так называемыми майданами. Рисунки заглавных букв своей статьи И. Срезневский скомбинировал из планов исследованных им городищ, и планы эти в большинстве также относятся не к городищам, а к майданам. 3 Очевидно, именно смешение майданов с городищами и привело И. Срезневского к выводу о культовом назначении городищ и их невоенном характере.
Между тем, уже за два года до этой статьи И. Срезневского была опубликована сводная работа И. Фундуклея «Обозрение могил, валов и городищ Киевской губернии», где в тексте, составленном Грабовским, майданы достаточно четко отделялись от собственно городищ. 4 Ссылаясь на консультацию военных специалистов, Грабовский приводил доказательства того, что майданы в отличие от городищ не могли быть военными сооружениями.
Вопрос о первоначальном назначении майданов вызвал в научной литературе ожесточенную полемику и самые противоречивые толкования. Майданы пытались объяснить и как места людоедских пиршеств «андрофагов», и как «сторожевые и наблюдательные крепости» запорожских казаков, и как «скифские религиозные станицы», и т. д. 5
Только в 1904 г. В. А. Городцов смог, наконец, решить загадку майданов. Отметив, что майданные насыпи находятся главным образом на территории южной России и «группируются всегда наряду с обыкновенными курганами», Городцов обратил внимание на то, что народное название большинства майданов - «раскопанная» или «робленая могила». Далее Городцов приводил убедительные доказательства того, что майданы действительно являются раскопанными древними могилами курганного типа. 6 Через два года после Городцова к вопросу о майданах обратился А. Спицын. Приведя ряд данных, подтверждающих предположение Городцова, Спицын отметил: «Наблюдения Городцова столь решительны, что теперь исследователей могут занимать лишь вопросы: когда, кому и для какой цели понадобилась переделка огромных курганов под майданы?». И далее, ссылаясь на многочисленные русские и польские письменные источники XVI—XVII вв., Спицын пришел к решительному выводу, что форма майданов объясняется исключительно технологическим процессом добывания и вывоза земли для селитренного варения, для которого и были в течение XVI—XVII вв. разрыты многочисленные древние курганы.
Доказательства Городцова и Спицына были настолько убедительны, что вопрос о майданах этими работами был окончательно решен.
Но если вопрос о назначении майданов дискутировался в течение всей второй половины XIX в. и был окончательно решен лишь в начале XX в., то уже само обсуждение этого неясного вопроса позволило достаточно четко отделить майданы от настоящих городищ. В изучении же этих последних вопрос встал уже не об их назначении, а об исследовании и классификации. Первая серьезная работа такого характера принадлежит перу Д. Самоквасова. В сочинении «Древние города России» Д. Самоквасов дал исторический обзор вопроса о назначении городищ и суммировал доказательства того, что городища — это остатки древних городов, древних укреплений. Далее Самоквасов разделил все городища на два основных типа — «городища с кругообразными очертаниями», относящиеся ко времени до введения огнестрельного оружия, и «городища с правильными угловатыми очертаниями», относящиеся ко времени господства огнестрельного оружия.
Несмотря на всю примитивность этого деления, сам принцип, введенный впервые Д. Самоквасовым, несомненно сыграл большую положительную роль в дальнейшем изучении древнерусских городищ. Связь формы городищ с тактическими и военно-техническими требованиями определенного времени помогла не только подойти (хотя бы и очень приблизительно) к датировке городищ, но и ввела эти городища в конкретную историческую обстановку.
Вскоре после Д. Самоквасова В. Б. Антонович, проделавший большую работу по конкретному исследованию различных городищ, вновь попытался классифицировать городища по их форме. В. Антонович разделил городища на следующие типы: 1) древнейший тип — майданы; Антонович отмечал, что все предположения о назначении и датировке их пока не были основаны на чем-нибудь положительном; 2) второй тип — «циркулярные городища», круглой или овальной формы; «их можно считать первоначальными славянскими городищами»; 3) городища княжеские (до середины XIII в. ), находятся на возвышенности над рекой и имеют неправильный контур; от материка отрезаны валом и рвом; 4) городища «литовского времени» (XV—XVI вв. ), стороны выровнены, по углам круглые выступы — рондели;
5) городища позже конца XVI в. прямолинейные с бастионами.
Необходимо отметить, что В. Антонович не считал возможным определять время построения городищ только по их форме. Для датировки городища В. Антонович предлагал: а) выяснить план городища и собрать письменные источники; б) если древних письменных сведений нет, раскопать связанные с данным городищем курганы и собрать археологические находки на самом городище. 1
Кроме того, В. Антонович отмечал, что могут существовать и многослойные городища, бытовавшие в течение длительного времени и поэтому относящиеся к нескольким периодам. Любопытно, что о таком средстве датировки, как раскопка самих городищ, В. Антонович даже не упоминал. Это совершенно верно отметил (в замечаниях по докладу Антоновича) В. Сизов, выступавший в защиту раскопок городищ «хотя бы в виде пробных траншей». 2
Классификацию городищ Волынской земли предложил также А. Андрияшев, считавший, что «при определении эпохи, к которой относится данное городище, форма представляет единственный достоверный признак». 3 Древнерусские городища А. Андрияшев делил следующим образом: 1) городища дохристианского времени; это городища круглые или эллиптические, с двумя противоположными входами; 2) городища княжеского периода — детинец на выступе нагорного берега реки, с 3 сторон окружен рекой и притоком ее, а с 4-й стороны — глубокими рвами и высокими валами; 3) городища, построенные после появления огнестрельной техники; они имеют правильную геометрическую форму, чаще всего прямоугольную; начиная с середины XVII в. на углах укреплений располагаются бастионы.
К выводу о правильности классификации Д. Самоквасова на материале городищ Полтавской губернии пришел Л. Падалка, хотя он и отмечал, что ряд городищ под эту классификацию не подходит. 4 Близкую по основным принципам классификацию дал и В. Ляскоронский на материале памятников Днепровского Левобережья. 5 Городищами древних славян он считал круглые болотные городища; в отличие от них городища так называемого великокняжеского времени, по его мнению, располагались на мысу или холме и имели валы по контуру возвышенности. Кроме того, В. Ляскоронский отметил еще нагорные городища (круглые и концентрические городища сложной формы), которым он не дал определенной датировки.
Сравнение типологических классификаций, предложенных Д. Самоквасовым, В. Антоновичем, Л. Падалкой, А. Андрияшевым и В. Ляскоронским, показывает, что некоторые типы городищ всеми этими авторами описаны почти совершенно одинаково. Так, все исследователи более или менее сходно описывали городища великокняжеского периода — это городища, расположенные на высоком мысу, образованном слиянием двух рек или соединением двух оврагов. С напольной стороны такие городища отделены от плато валом и рвом, а иногда и несколькими рядами валов. По периметру вокруг всего городища соответственно естественным линиям обрывов также часто проходит вал. Приводимые авторами многочисленные примеры подобных городищ явно относятся к эпохе Киевской Руси, а многие из них даже удается связать с определенными, упоминаемыми в летописи городами. Все это делает вполне убедительным вывод, к которому пришли упомянутые исследователи, о том, что городища подобного типа являются остатками русских городов X—XIII вв.
Но, по-видимому, кроме городищ, расположенных на мысах, к тому же периоду относятся и некоторые другие городища, не подходящие под классификацию Д. Самоквасова, В. Антоновича и других перечисленных авторов. Так, например, даже сам В. Антонович приводил в качестве примеров несколько городищ, расположенных на равнине, но относящихся, судя по находкам, к тому же времени, к X—XIII вв.
Совпадают выводы перечисленных исследователей и относительно формы поздних городищ, построенных уже в период господства огнестрельного оружия, — это городища правильной геометрической формы, с прямыми участками валов между расположенными на углах ронделями или, позднее, бастионами.
Что же касается других типов городищ, то здесь не было такого единогласия в определении времени их сооружения, хотя, в частности, круглые городища большинство исследователей относило к древнейшему периоду истории славян.
Таким образом, работами русских исследователей второй половины XIX — начала XX в. была выработана принципиально совершенно правильная система классификации городищ по их форме, т. е. по их военно-тактической организации. Бесспорна и мысль о том, что система обороны укрепленных поселений, а следовательно, и план укреплений в различные исторические периоды отвечает определенному тактическому принципу и поэтому имеет в каждый период свои особенности. Классификация городищ согласно этому принципу — крупная заслуга русских ученых и в первую очередь Д. Я. Самоквасова.

Однако очень серьезным недостатком данной системы было то, что она не была проверена или подтверждена исследованием самих городищ и в первую очередь археологическими раскопками. В связи с этим многие положения данной классификации оказались чересчур схематичными, а некоторые и прямо ошибочными. Кроме того, некоторые городища были созданы как укрепленные пункты в одну эпоху, а затем был обитаемы и использовались гораздо позже уже в совершенно иных условиях. Оборонительная система городищ в таких случаях обычно переделывалась, приспособлялась к новым условиям, что крайне затрудняет выяснение особенностей этой оборонительной системы для каждого определенного исторического периода. Это совершенно верно отметил еще П. Голубовский, писавший о трудности определения времени сооружения городищ по их форме, так как городища при использовании их позже переделывались «согласно требованиям нового оружия, тактике новых врагов».
Для выяснения особенностей русских оборонительных сооружений в различные периоды их существования необходимо было детально и совершенно конкретно изучить достаточное количество памятников русского военного зодчества и выяснить их общие, типичные (для определенного периода) черты. Только обладая таким проверенным материалом, можно делать обобщения и создавать классификацию городищ, а затем уже на этой основе попытаться выяснить и историю развития русских оборонительных сооружений

При этом, если раньше, еще со времени Д. Самоквасова, большинство русских историков в изучении городищ и стояло в общем на правильных позициях, связывая оборонительную систему, вернее форму городищ, с уровнем военных знаний, военной техники определенного времени, то вопрос о социальной природе древнерусских городищ по существу даже не ставился. Город рассматривался как понятие в первую очередь юридическое и административное. Между тем, только правильное понимание общественного назначения каждого отдельного укрепленного пункта дает возможность верно оценить и его оборонительную систему. 2 Оборонительные сооружения города и замка — явления не тождественные и не могут рассматриваться совершенно одинаково, даже если в обоих этих случаях применены одни и те же военно-инженерные конструкции.

Например, в курсе Е. Разина «История военного искусства» оборонительная система древнерусских городов описана следующим образом: «Городские укрепления состояли из наружной крепости (окольного града или острога) и внутренней цитадели (детинца или вышгорода, кремля). Кремль располагался на командующей труднодоступной высоте. Внешние и внутренние укрепления состояли из деревянных стен, с деревянными башнями, с глубоким рвом и тыном впереди. Стены (заборы) состояли из двойного ряда срубов или толстых бревен, между которыми насыпали землю и камни. Башни (вежи или стрельницы) были четырехугольными, имели бойницы и фланкировали подступы к стенам. Стены и башни иногда обкладывались дерном. Так были укреплены Киев и XII в. и Москва в XIV в. ».

1Скандинавы даже называли Русь «Гардарики» — т. е. «страна городов». Однако происхождение и значение этого слова еще недостаточно ясно; см., например, примечание С. Сабинина к переводу саги об Олаве (Русск. историч. сб., издаваемый Общ. истории и древн. российских, т. IV, кн. 1, М., 1840, стр. 108). Следует отметить, что в древних скандинавских языках слово garđr обозначает не город, а забор, ограду, место, обнесенное оградой, хутор, двор и т. д. (см., например: Sveinbjörn Egilsson. Lexicon poeticum antiquae linguae septentrionalis. København, 1931, стр. 173, а также: H. S. Falk und A. Tоrp. Norwegisch—Dänisches etymologisches Wörterbuch, I. Heidelberg, 1910, стр. 292). Выражаю искреннюю признательность И. М. Дьяконову за сделанные им по этому поводу указания.
2На целом ряде примеров это убедительно показано, например, в работе М. А. Фриде «Русские деревянные укрепления по древним литературным источникам» (Изв. РАИМК, т. 3, Л., 1924, стр. 117).
3Путешествие игумена Даниила. Под ред. А. С. Норова, СПб., 1864, стр. 57. Иногда термин город применялся и к укреплениям легкого, полевого типа. Ввиду того, что социальное содержание многих укрепленных поселений древней Руси, называемых в летописях городами, до настоящего времени еще не ясно, в данной работе для удобства изложения в некоторых случаях древнерусские укрепленные пункты также условно называются городами, без расшифровки этого понятия.
4Так, например, берендеи говорили русским князьям. «Вы есте наш город» [Ипатьевская лет., 6680 (1172); см. то же: Лаврентьевская лет., 6677 (1169)].
5О значении слова городище, как «остатки древнего города» в различных славянских языках см., например: Wl. Kowalenko. Grody i osadnictwo grodowe Wielkopolski wczesnohistorycznej. Poznań, 1938, стр. 24.

Ляпушкин. Раннеславянские поселения Днепровского лесостепного Левобережья. СА, XVI, 1952, стр. 38—39. Роменская культура - это, по-видимому, культура северян, а почти аналогичная боршевская культура — культура вятичей. Соответствующие более западные культуры принадлежат, очевидно, древлянам и другим летописным племенам Правобережья Днепра.

Различная форма мыса вызывала появление то узких и длинных городищ (например у местечка Каспли на Смоленщине), то, наоборот, широких (как городище в г. Свислочь при слиянии рек Березины и Свислочи); принцип планировки оборонительной системы от этого не изменяется.
В Рязанской земле к этому типу относится, например, Чортово городище на р. Проне, бытовавшее как поселение в XI— XII вв., но, судя по материалам нижних культурных слоев, существовавшее, по-видимому, и в более древнее время.
В тех случаях, когда конец мыса имеет пологие склоны, вал, так же как и в более ранних городищах, иногда расположен не только с напольной стороны, но и на конце мыса. Примером может служить Донецкое городище, по-видимому, представляющее собой остатки упоминаемого в летописи города Донец. Здесь, кроме рва и вала с напольной стороны, имеются еще вал и два рва на понижающемся конце мыса. Культурный слой на городище относится к VIII—XIII вв
Таким образом, тот тип простейшего мысового укрепленного поселения, который являлся наиболее характерным для VIII— X вв., продолжал существовать и позднее. При этом, замечательно, что есть городища подобного типа, целиком относящиеся к XI—XIII вв. и не имеющие более древних культурных напластований. Следовательно, простейший мысовой тип укрепления с валом и рвом с напольной стороны продолжал оставаться характерным для всего рассматриваемого периода русской истории, вплоть до ХIII в.
Городище у с. Заречье на Стугне, по-видимому, является остатком одной из тех крепостей, о постройке которых князем Владимиром Святославичем летопись сообщает под 988 г. Более древних слоев на этом городище не обнаружено, между тем, по плану оно относится к тому же простейшему мысовому типу и имеет вал только с напольной стороны Среди городищ XI— XIII вв., относящихся к этому же типу, можно указать городища у с. Брусилово и у с. Блистово на Черниговщине, городище у с. Городенск на Сейме, у с. Свиридовка на Суле и др.
В Рязанской земле характерным представителем этого типа является городище у Климентовского погоста при слиянии рек Прони и Оки, возможно остатки города Нового Ольгова Аналогично по типу и городище у с. Кулешова на Оке, подъемный материал на котором относится к XII— XIII вв. Встречаются укрепленные поселения подобного типа и в более западных районах Руси, в бассейне Днестра.
Характерным примером городища, где кроме вала и рва с напольной стороны имеются еще укрепления на конце мыса, может служить Гримовское городище на Припяти. Здесь на конце мыса расположены три вала, между которыми проходят два рва. Отличие этого городища от однотипных поселений VIII—X вв. (например от городища Стрелица) заключается в том, что здесь вместо одного вала и рва имеется три параллельных вала, при сохранении той же схемы планировки укреплений. Следует отметить, что на городищах VIII—X вв. всегда присутствуют лишь один вал и один ров, тогда как на городищах XI—XIII вв. встречаются валы и рвы, расположенные в несколько линий. Так, например, Лихаревское городище и городище у дер. Рубцово в Рязанской земле имеют с напольной стороны по два вала и два рва. даже по названию. Так, например, городище Городок у дер. Новоселки на Оке (повидимому, остатки города Ольгова Рязанского княжества) имеет длину площадки почти 0. 5 км при ширине около 150 м. С напольной стороны городище это было защищено высоким валом и глубоким рвом, уничтоженными в XIX в.
Следует, впрочем, отметить, что более или менее крупные древнерусские города все же крайне редко имели такую простейшую схему планировки оборонительной системы; обычно же при мысовом расположении вал проходил не только с напольной стороны, но и вокруг всей защищенной части города.


С. П. Вельмин. Экскурсия по Днепру и Припяти. Военно-историч. вестн., Киев, 1913, кн. 4, стр. 95. Вельмин датирует это городище IX—X вв., но описываемый им материал несомненно свидетельствует о несколько более позднем времени — не ранее X—XI вв.
Тр. XII АС, т. I, M., 1905, стр. 595. Лихаревское городище см.: Н. П. Милонов. Материалы к археологической карте Скопинского уезда Рязанской губернии. Рязань, 1928, стр. 3.

Ко второй группе городищ относятся городища с укреплениями, имеющими в плане правильную геометрическую форму, не зависящую от конфигурации местности.
Конечно, и среди городищ мысового и островного типов также встречаются отдельные памятники, имеющие в плане более или менее правильную форму, но там эта форма во всех случаях все же продиктована рельефом местности, т. е. формой того холма, на котором городище расположено. Так, например, городище у с. Спас на Оке имеет площадку, близкую к прямоугольнику, но форма эта вызвана своеобразной конфигурацией мыса, а не искусственно создана при постройке укрепления

Существуют полукруглые городища, в которых эта зависимость от местности сказывается еще больше. Так, например, городище Богатырское Дворище на берегу р. Старицы, в районе Рязани, расположено на углу, образуемом береговой террасой и большим оврагом. В этом случае городище по своему типу приближается уже к обычным мысовым городищам, так как не менее половины его периметра имеет естественные оборонительные укрепления.
Городища с правильным геометрическим планом не являются, таким образом, совершенно оторванными от первой группы городищ, связанных формой своего плана С условиями местности.

В ряде случаев первая площадка городища, находящаяся на конце мыса, имеет очень небольшие размеры, а вторая, примыкающая к ней площадка, наоборот, занимает значительную территорию. Такой план имеет, например, городище у с. Зверовичи на Смоленщине. По-видимому, в этом городище малая площадка, имеющая всего около 40 м длины и защищенная двумя валами и рвами, представляет собой укрепленный центр — детинец, а примыкающая к нему большая площадка длиной более 200 м является окольным городом. Приблизительно такую же схему планировки имеет и Ростиславльское городище на Оке (Коломенский район Московской области). Здесь первый вал отделяет маленькую площадку на самом конце мыса, а второй вал ограничивает площадь 200 Х 100 м. За вторым валом расположено селище.

Городище в Старой Рязани, хороший пример городища сложного типа, имеет в качестве основного ядра маленькое мысовое городище размером приблизительно 80 X 40 м. От прилегающей площадки берега это городище отрезано рвом и валом, в настоящее время почти совершенно уничтоженным. К мысовому городищу примыкает вторая площадка, значительно большая, также защищенная с напольной стороны валом и рвом. И наконец, еще южнее расположена третья площадка, более чем в четыре раза превосходящая по площади первую и вторую площадки вместе взятые. Эта территория со всех сторон, кроме обрыва к р. Оке, окружена рвом и валом. Таким образом, городище в Старой Рязани имеет три самостоятельные укрепленные площадки, первая из которых представляет собой простое мысовое городище, а остальные две расположены уже на сравнительно ровной площади берегового плато.

Действительно, под славянским слоем на Гочевском городище имеется зольничный культурный слой, т. е. слой скифского времени. По предположению И. И. Ляпушкина, Гочевское городище представляет собой большое скифское городище, отдельные мысы которого были позднее превращены в славянские укрепленные поселения. Итак, данное укрепление, несмотря на то, что оно внешне имеет характер сложного городища, в действительности является группой обычных мысовых городищ, расположенных на площади более древнего большого скифского городища.
Очень вероятно, что такая же картина имела место и на других городищах подобного типа, ибо зольничный культурный слой имеется на всех этих сложных городищах — на Хорошевском, на городище у с. Басовка, Наволочки и у с. Голышевка. Единственным примером большого сложного городища,
где под славянским культурным слоем не обнаружен более древний слой, является городище у Михайловского кордона на р. Воронеже. Однако и здесь небольшой размер произведенных раскопок не создает уверенности в том, что городище целиком относится к VIII—X вв. и что его валы не сохранились от скифского времени, для которого как раз и характерны большие размеры городищ и большая протяженность их валов.

Всего один paз в русских летописях встречается еще другое обозначение центрального городского укрепления — дънешний город. Наконец, изредка в этом же смысле употреблялся термин вышгород.

"Единственным примером большого сложного городища, где под славянским культурным слоем не обнаружен более древний слой, является городище у Михайловского кордона на р. Воронеже."

И у Нас на эту тему была опубликована целая статья.

У Старого Михайловского городища, 1173 года рождения, было несколько пограничных кордонов.
Дальний - Михайловский на р. Воронеже
Средний - г. Старый Данков (Дубок) на Вязовке
Ближний - за Свечами, Кромская (Кроменская) сторожа.

Полагаем, что Михайловский кордон на Воронеже и есть легендарный г. Кир-Михайлов.

Покедова, господа-товарищи хорошия!






Информация
Eсли Вы хотите оставить комментарий к данной статье, то Вам необходимо зарегистрироваться на сайте.
 
ioma(собака)mail.ru
1 ??????.???????